воскресенье, 22 января 2017 г.

Вооруженная политика.

Сергій В.



От редакции: GPKU публикует дискуссионную статью левого активиста, бывшего политзаключенного, который напоминает украинским и российским левым об опыте левого подполья и повстанческого движения ХХ века. Статья 2014 года, но актуальная до сих пор.




«Протест – это когда я заявляю: то-то и то-то меня не устраивает. 
Сопротивление – это когда я делаю так, чтобы то, что меня не устраивает, прекратило существование. 
Протест – это когда я заявляю: всё, я в этом больше не участвую. 
Сопротивление – это когда я делаю так, чтобы и все остальные тоже в этом не участвовали».
Ульрика Майнхоф

Мы все привыкли считать политику скучной и серой. Привыкли думать, что это только спектакль из говорящих голов по телевизору, марионеток, нити от которых тянутся вверх и не видны людям по эту сторону экрана. Что от этих голов ничего не зависит, и решения принимаются в другом месте, вне политики.

Но что происходит с политикой во времена таких кризисов, как тот, что разворачивается сейчас в Украине? Во времена гражданской войны?

Политика превращается в то, что еще Ленин считал ее высшей формой – в вооруженную борьбу. Вооруженная политика – это реальность сегодняшнего дня, когда старые методы политической борьбы (участие в выборах, агитация на пикетах и митингах) становятся бесполезными. А в случае прямых репрессий со стороны правого государства и ультраправых «парамилитарес» они даже опасны для левых активистов.

Вооруженная политика – это новая форма борьбы для нас, постсоветского поколения левых. За все 23 года буржуазной демократии в Украине не было широкого опыта таких действий, кроме «Одесского дела», по которому осудили группу революционеров-коммунистов, действовавших в 2001-02 годах. В России такие попытки имели место еще раньше, в девяностые годы (дело НРА и РВС). Но все они давно в прошлом, многие их участники не только были арестованы, но уже отсидели в тюрьме свои сроки и освободились. А их опыт был забыт новым поколением левых активистов.

Увы, у украинских левых, да и у всего левого движения бывшего СССР, не было вообще никакого опыта борьбы в тех условиях, которые возникли сегодня в Украине. В условиях гражданской войны. Это новый опыт и новая политика.

Большая гражданская война, идущая сейчас на Донбассе, является только продолжением и развитием той малой войны, начавшейся еще зимой, на Майдане. Тогда это были коктейли молотова и камни – сегодня они превратились в пули и осколки снарядов. Тогда избивали битами «титушек» – сегодня безвестно похищают и убивают «врагов нации и сепаратистов». Именно на Майдане началась вооруженная политика. Силой оружия (пусть и нелетального) национально-либеральная оппозиция заставила государственную власть сначала перейти в позиционное бездействие, отказаться от силовой вооруженной зачистки протестов, а потом и к полному отступлению, потере власти и бегству Януковича. Не было бы радикальной составляющей на Майдане – не было бы и такого результата. Болотный мирно-либеральный протест в России и его слив – отличное тому подтверждение.

Когда же в руках националистов камни были заменены на гранаты, а биты – на автоматы калашникова, ничего принципиально нового не произошло. Форма изменилась, а содержание осталось прежним. Они продолжили вооруженную политику, уже для удержания своей власти и подавления мятежных регионов. Но все так же – только с опорой на реальные вооруженные формирования, а не на резолюции и конституции.

Начались создаваться многочисленные парамилитарные банды – как вокруг отдельных олигархов (Коломойский), так и государства (Нацгвардия). Началась эпоха «политики полевых командиров». И теперь вчерашние говорящие головы стали представителями не каких-то таинственных сил сверху, а конкретных вооруженных группировок. Только имея опору на такие силы можно вести политику и добиваться своего влияния в органах власти Украины. Нет «банды» – и ты просто никто. Тебя можно бить или поливать зеленкой, запрещать твои политические взгляды и символику, пропускать через удары «коридора позора», сжигать твой дом и квартиру. Потому что ты не способен дать вооруженный отпор. Потому что за тобой нет никаких сил. Вчерашние механизмы политики в виде поддержки такого-то числа избирателей такой-то партии уже не работают. Значение имеет только вооруженное давление.

Все это симметрично коснулось противников новой власти – условного «антимайдана», – уже как ответная реакция на вооруженную политику Майдана. Были созданы такие же по форме группы сопротивления (ополчение), которые тоже сначала действовали с применением минимального насилия – как самооборона и протест против нового режима. Но с нарастанием масштаба карательной операции со стороны Киева этот протест перерос по всем известной формуле Ульрики Майнхоф в сопротивление, а вооруженная политика перешла на уровень БТР и орудий, а затем и танков – после того, как те появились у «сил АТО».
Действие рождает противодействие. И теперь в самопровозглашенных ДНР и ЛНР тоже началась «политика полевых командиров», когда в руководстве республик принимают решения только те, кто имеет опору на реальные силы. Кто воюет тот и «заказывает музыку». В этом кроется понимание механизмов, которые определяют идейное содержание движения. Чем больше воюет правых – тем правее курс у республики, чем больше левых – тем выше их влияние и авторитет. Пустых говорящих голов в политике теперь будет ощутимо меньше.

Так что такое вооруженная политика? Если это стало для нас чем-то новым, то в других странах уже имеется богатый опыт такой борьбы. В условиях буржуазной демократии это называют «терроризмом». Но когда начинается гражданская война и такой широкомасштабный конфликт как в Украине – это уже повстанчество и городская герилья, когда с одной стороны есть «фронт» в виде территории, на которой находится тыл противника, а с другой стороны имеется и свой «тыл», с опорой на который можно вести успешные атаки и защищаться от репрессий.

В ситуации с Украиной вооруженная политика левых сил поможет приблизить победу над правыми в Киеве и повлияет на рост социальных изменений в самих республиках. В истории ХХ века, в истории стран есть много примеров успешной вооруженной политики левых организаций и групп. Это GRAPO, Umkhonto we Sizwe, FARC, FPMR, NPA и другие. Есть и примеры деятельности влиятельных национально-освободительных партий и движений: ETAIRAPPK. Все они прошли через этап разочарования в легальных формах протеста (выборы, профсоюзная борьба), которые не смогли приблизить их к победе и показали свою неэффективность. Многие из них пошли по пути вооруженного сопротивления, как ответ на репрессии властей – от разгонов уличных акций и арестов, до физического уничтожения левых активистов. Репрессии и невозможность победить «государство-шулер» по его же правилам игры множество раз заставляли наших товарищей из других стран брать в руки оружие. Эта история стара как мир – и сравнивая нашу ситуацию с их опытом, понимаешь это особенно.
Так что же делать сейчас?

Очевидно, что под давлением репрессий начнет развиваться нелегальное крыло тех левых организаций и движений, которые сейчас существуют в Большой Украине. Разделение на легальную и нелегальную часть очень важно для безопасности и эффективности левых в условиях подобных репрессий. Даже в условиях обычной буржуазной демократии есть примеры такого разделения (IRA и Sinn FeinETA и Batasuna). А во время гражданской войны оно происходит естественным путем.

Дальше – логистика подполья. Это ничем не отличается от обычного партийного строительства или создания коммерческо-торговой фирмы: люди, связь и деньги. Отличие только в обязательной конспирации и мерах безопасности. Но и это сейчас сделать проще, чем раньше (появился интернет, анонимная электронная почта, «чистые» сотовые телефоны, электронные деньги и проч.) Одно из простых решений строения такой организации – формирование сетевой структуры (ячеек).

Важным условием успешного существования является независимость, а значит и самофинансирование организации. Все что надо для борьбы (деньги и техника) революционеры могут найти на месте. Добровольные пожертвования и взносы самих комбатантов не могут быть основой широкой борьбы. Этого мало. Необходимо самофинансирование. Независимость и автономность движения тоже напрямую зависят от этого. В отличии от правых банд, всегда тайно спонсируемых олигархами или государством, левые не могут рассчитывать на помощь «спонсоров». Левые не могут и не должны быть марионетками в чужих руках, и в истории подпольщики не раз добивались политической независимости, прибегая к экспроприациям богатых. Ведь и сейчас боевики по обе линии фронта в основном обеспечивают себя имуществом за счет чужой собственности, банкоматов или складов.

И конечно, вооруженная политика должна быть социальной – то есть, она должна быть направлена против классовых врагов трудящихся, которые составляют нашу социальную базу. Нужно чтобы каждая атака имела социальное направление, а поражение каждой цели имело отклик в сочувствующих нам социальным слоях общества. Каждая такая акция должна иметь и значение для пропаганды идей социалистической Украины, приближать социальную революцию, воодушевлять задавленных государственной пропагандой людей. Никакой поддержки национальной розни и шовинизму. Только социальная и классовая борьба. Это наш путь.

Какие же последствия даст такая политика? Она позволит начать реально влиять на ситуацию в Украине. Это вынужденные меры. Мы не успеваем за развитием событий. Это наш шанс успеть запрыгнуть в уходящий поезд и повлиять на ход развития истории в своей стране. В конечном счете она позволит изменить жизнь трудящихся к лучшему, но на пути к этому мы сможем добиться вполне реальных результатов. Начиная с частного – обучение активистов новым методам борьбы, накопление боевого опыта, и продолжая общим – моральная поддержка сочувствующих граждан, защита наших активистов, героизация революционного сопротивления и пробуждение сознания масс, которые поймут что месть богатым и сильным возможна, что век капитализма не бесконечен, он всего лишь колосс на глиняных ногах, и его можно и нужно бить. Все это, как и ответные репрессии властей будет результатом такой политики. Репрессии же имеют свойство делать из вчерашних тусовщиков и «активистов выходного дня» настоящих революционеров – они закаляют волю и мужество товарищей, и, конечно, учат их методам противодействия. Что было невозможно еще недавно, в условиях «мирной жизни».

Поэтому форма и назначение вооруженной политики могут быть следующими.

Когда движение слабое – это действие небольших групп в городе и селе. Когда же сил становится больше, борьба развивается дальше – начинается повстанчество и партизанское движение. Это уже почти армия, зародыш настоящей будущей Красной армии.

Назначение и содержание вооруженной политики, по сути, всегда остается одинаковым, как и во времена демократии. Это политическое давление на врагов социализма. Вчера это были только пикеты и митинги, сегодня, когда за призывами национал-патриотов стоят реальные нападения и война против неугодных граждан страны, противостоять этому можно только путем вооруженной политики.

А что же завтра? Есть два пути.

Первый: в случае успехов социальных реформ и установления мира необходимо свертывание такой тактики и уход в легальную политику, начало участия в обычных формах политической борьбы. Успехи – это начало развития подлинно социального и народного государства, когда другим будет не только флаг, но и жизнь людей и правила экономики встанут на путь строительства социалистического общества. Когда в большей или меньшей степени, но будут проведены реальные реформы по ликвидации капиталистического строя (пересмотр итогов приватизации, конфискация собственности крупных и средних капиталистов, установление власти Советов вместо президентской республики и др.) Так поступали в истории многие бывшие повстанческие движения. Это то, чего мы хотим и добиваемся всей своей жизнью – мира и процветания социалистической Украине.

Второй вариант, увы, не является таким радужным, но не менее важен и возможен. Это продолжение борьбы этими же методами – но уже против новых врагов. Тех, кто может прийти на смену сегодняшним националистам и либералам. Логистика и опыт будут сохранены и использованы для продолжения нашей борьбы. Это то, чего боятся многие наши враги и «друзья». Но мы-то можем понять как это жизненно нужно для левого движения, для преемственности революционного опыта прошлого нашей страны и всего мира. Временное отступление – если отступаешь организованно и с оружием в руках – это не поражение, это передышка перед новой атакой, новым боем.
Подведем итог. Пока идут бои на Донбассе и преследования наших товарищей, пока мы чтим память павших от рук националистов в Одессе, нужно начинать сопротивляться, а не протестовать. Именно вооруженная политика может стать той синицей в руках, которую можно поймать здесь и сейчас, не забывая мечтать и о журавле – будущей социальной революции. Сейчас наступает тревожное время высшей формы политической борьбы, о которой говорил Ленин – вооруженной политики.

Большой путь начинается с первого шага. И мы его сделаем.

С. В.
сентябрь 2104 Украина
источник

Комментариев нет:

Отправить комментарий